<-- header__menu -->

Жития святых на Февраль

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11]


 
20 февраля
 

(память 7 февраля по старому стилю)

Он был родом из Мелитополя, где отец его служил диаконом. Славился сей муж добродетельным житием и даром чудес, почему и был поставлен сперва во пресвитеры, а затем в епископы г. Лампсака. Своим усердием и трудом благоустроил свою паству; где были капища идольские, он создал храмы Божии.

О сем праведнике рассказывают следующее. Однажды к нему был приведен бесноватый юноша. Родители его просили преподобного Парфения исцелить их сына. Парфений сказал им: «Ваш сын недостоин исцеления за то, что он часто оскорблял вас и вы молились, из горести души вашей, чтобы Господь наказал его. Пусть же он страдает, ибо заслужил это». Родители бесноватого стали со слезами на глазах умолять святителя, и он только тогда, помолившись Богу исцелил их сына.

Скончался преподобный Парфений в IV веке.


(память 7 февраля по старому стилю)

Преподобный Лука родом был из Аттики. Так как сердце еще с юности влекло этого угодника Божия к подвигам благочестия, то он оставил отца своего и поселился в пустыне. Здесь Лука пребывал в постоянной молитве и посте, питался он овощами и кореньями. Только изредка видел он человеческое лицо; лишь дикие звери были свидетелями его молитвенных трудов. Последним местом подвигов преподобного Луки была гора Стирий в Елладе, где им был устроен монастырь. Почил он в мире 7 февраля 946 г.

Через некоторое временя было указание свыше одному монаху, чтобы он шел к тому месту, где почил преподобный Лука. Когда монах исполнил это повеление, то нашел тело святого нетленным. Впоследствии мощи преподобного Луки были скрыты; теперь они находятся под спудом в обители его имени.


(память 7 февраля по старому стилю)

Преподобный Лука родом был из Аттики. Так как сердце еще с юности влекло этого угодника Божия к подвигам благочестия, то он оставил отца своего и поселился в пустыне. Здесь Лука пребывал в постоянной молитве и посте, питался он овощами и кореньями. Только изредка видел он человеческое лицо; лишь дикие звери были свидетелями его молитвенных трудов. Последним местом подвигов преподобного Луки была гора Стирий в Елладе, где им был устроен монастырь. Почил он в мире 7 февраля 946 г.

Через некоторое временя было указание свыше одному монаху, чтобы он шел к тому месту, где почил преподобный Лука. Когда монах исполнил это повеление, то нашел тело святого нетленным. Впоследствии мощи преподобного Луки были скрыты; теперь они находятся под спудом в обители его имени.


 
21 февраля
 

(память 8 февраля и 8 июня по старому стилю)

Святой Федор (Феодор) происходил из города Евхаит (в Малой Азии, ныне Турции) и был воеводой (по гречески — “стратилатом”) в городе Гераклее, близ Черного моря. Своей благочестивой жизнью и кротким управлением он расположил к себе сердца горожан, и многие язычники, видя его добродетельную жизнь, принимали веру Христову. Когда слух об этом дошел до императора Ликиния (308-323 гг.), соправителя Константина, он прибыл в Гераклею и принуждал Феодора поклониться идолам. Когда же святой Федор остался непоколебимым, разгневанный правитель приказал подвергнуть исповедника Христова жестоким мучениям.

Святого Федора растянули на земле, били железными прутьями, строгали его тело острым железом, палили огнем и, наконец распяли на кресте и выкололи глаза. Ночью ангел явился мученику, снял его с креста и совершенно исцелил его. Наутро слуги Ликиния, посланные бросить тело святого Феодора в море, увидев его совершенно здоровым, уверовали во Христа. Уверовало также и много других язычников, видевших чудо Божие. Узнав об этом, Ликиний приказал обезглавить святого Федора, и он умер в 319 году. Страдания его были описаны очевидцем, его слугой и писцом Уаром.

Молитва великомученику Феодору Стратилату

О святый, славный и всехвальный великомучениче Феодоре Стратилате! Молим тя пред иконою твоею святою: моли с нами и о нас, раб Божиих (имена), умоляемаго от Своего благосердия Бога, да милостивно услышит нас, благостыни у Него просящих, н вся наша ко спасению и житию нужная прошения да исполнит. Еще же молим тя, святый победоносче Феодоре Стратилате, разруши силы возстающих на ны врагов, видимых и невидимых. Умоли же Господа Бога, всея твари Создателя, избавити нас от вечнаго мучения, да всегда прославляем Отца и Сына и Святаго Духа и твое исповедуем предстательство, ныне и присно и во веки веков.

Тропарь великомученику Феодору Стратилату

Тропарь, глас 4

Воинствословием истинным, страстотерпче, Небеснаго Царя воевода предобрый был еси, Феодоре, оружиями бо веры ополчился еси мудренно и победил еси демонов полки, и победоносный явился еси страдалец. Темже тя верою присно ублажаем.


(память 8 февраля по старому стилю)

Сын Варахии, происходил из колена Левиина и был из числа двенадцати малых пророков. Жил после вавилонского плена при царе Дарии. В Книге Неемии он назван главою священнического рода. Святой Захария был призван к пророческому служению в юности и стал, по дивному слову церковного песнопения, зрителем премирных видений. Он оставил после себя книгу из 14 глав, в которой предсказывал о последних днях земной жизни Спасителя. В ней пророк так называет ожидаемого Мессию: Муж, — имя Ему Отрасль (Зах. 6, 12).

Пророк Захария пророчествовал:

— о входе в Иерусалим Господа на ослице и осленке — ликуй от радости, дщерь Сиона. Се Царь твой грядет к тебе, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной (Зах. 9, 9);

— о предании Христа за тридцать сребреников: и взял Я тридцать сребреников и бросил их в дом Господень для горшечника (Зах. 11, 12-13);

— о прободении ребра Спасителя: Которого пронзили (Зах. 12,10);

— о затмении солнца во время распятия: день этот будет единственный ни день, ни ночь; лишь в вечернее время явится свет (Зах. 14, 7);

— о поражении Пастыря: порази пастыря, и рассеются овцы (Зах. 13, 7);

— о распространении света боговедения: и будет в тот день, живые воды потекут из Иерусалима (Зах. 14, 8);

— о соединении всех под главою единого Царя-Господа: и будет Царем над всею землею (Зах. 14, 9);

— о горе Елеонской в день Страшного суда: и станут ноги Его в тот день на горе Елеонской (Зах. 14, 4).

Вместе с пророком Аггеем он возбуждал иудеев скорее построить храм во Иерусалиме, ибо туда должен придти Спаситель. По преданию, пророк Захария дожил до глубокой старости и скончался около 520 г. до Р. Х.

Своим прозванием — Серповидец — Захария обязан одному из бывших ему откровений, в котором он видел летящий по воздуху свиток, изогнувшийся наподобие угрожающего серпа (Зах. 5, 1-2).


(память 8 февраля и 30 августа по старому стилю)

Сын сербского короля Стефана Первовенчанного и племянник святителя Саввы I (память 12/25 января). Родился около 1200 г., в миру Предислав. Следуя примеру своего родственника, принял иноческий постриг с именем Саввы и подвизался в Хилендаре — сербском монастыре на Афоне. Отсюда был отозван для хиротонии во епископа Хушского.

В 1266 г. становится архиепископом Сербским, управляя Церковью с великой преданностью и любовью. Преставился в 1271 г. в городе Пече.

Тропарь святителю Савве II, архиепископу Сербскому

Тропарь, глас 4

Исправление веры и образ кротости, и якоже сад посреде рая, преподобными делы твоими мир просвещаеши, сего ради к честней раце мощей твоих любовию прикасаемся, лобызаем их и верно вопием: предстани в помощь воспевающим память святую твою и светоносную, святителю отче Савво пребогате, молимся, Христу Богу молися спастися душам нашим.


 
22 февраля
 

(память 26 ноября, 10 октября (Собор Волынских святых), 9 февраля и 10 июня (Собор Сибирских святых) по старому стилю)

Прославленный во святых, дивный в чудесах, чтимый ближними и дальними, чудотворец Иннокентий, первый епископ Иркутский, родился в конце XVII века в Малороссии, в Черниговской губернии. По преданию, родился он в семье священника Кольчицкого (или Кульчицкого), потомка древнего польского рода. Фамилию эту вместе с дворянским достоинством пращуры будущего святителя получили от польского короля Болеслава Храброго. При крещении мальчика нарекли Иоанном и воспитывали его в духе благочестия.

Получив начальное образование дома, он продолжил обучение в Киевской духовной академии. Учился Иван очень хорошо, каждый предмет изучал основательно и не было ни одной дисциплины, которую бы он не освоил с успехом. С особенным прилежанием он занимался словесностью, надеясь впоследствии подвизаться в проповеди Слова Божия. Ко времени окончания академии Иван был пострижен в монахи с именем Иннокентий. Избранник Божий принял постриг в Антониевой пещере, под Киевом.

По окончании академии, примерно в 1706-1708 годах, благочестивый инок был затребован в Москву на должность учителя и префекта в Славяно-греко-латинскую академию, а отсюда взят в Санкт-Петербург, где в то время только основывался Невский монастырь, будущая Лавра, чтобы послужить здесь примером доброго иноческого жития.

Появление образованного, благочестивого инока стало заметно на общем фоне подвизавшихся, и молодой монах скоро обратил на себя внимание императора Петра I. Опираясь на мнение Сибирского митрополита Филофея (Лещинского), государь утвердился в своем желании образовать в Пекине Русскую православную духовную миссию, которую, по плану царя, должен был возглавить епископ. Митрополит рекомендовал на эту должность иеромонаха Иннокентия, мужа вполне достойного царева доверия.

На третьей седмице Великого поста, 5 марта 1721 года, в воскресенье, в Александро-Невском Троицком соборе за литургией была совершена хиротония иеромонаха Иннокентия во епископа. Таинство в присутствии Всероссийского самодержца свершили члены Святейшего Синода митрополит Рязанский Стефан (Яворский) и Новгородский архиепископ Феофан (Прокопович).

Сразу по Пасхе, на Светлой седмице, владыка Иннокентий, нареченный епископом Бельским, выехал из Санкт-Петербурга в страну неведомых хинов. Его сопровождали два иеромонаха, иеродиакон и пять певчих с тремя служителями. Год без малого добирались они до Иркутска, оттуда двинулись дальше, за Байкал, и остановились в пограничном с Китаем Селенгинске. Здесь миссии предстояло дожидаться решения пекинских чиновников о праве на въезд.

В то время в Пекине неожиданно большое влияние приобрели иезуиты, которые под различными предлогами склоняли, местных чиновников уклоняться от принятия русского епископа. И повод для отказа был найден. В письме с просьбой о разрешении на въезд владыка Иннокентий был назван “богдо” — то есть “великий”, а у китайцев такое обращение было принято только к императору, и потому де двум великим особам быть одновременно в Китае невозможно.

В ожидании новых указаний из Святейшего Синода епископ Иннокентий оставался в Селенгинске безвыездно три года. Скорбна была жизнь святителя. Не получая жалования, а назначено ему было 1500 рублей в год, он содержал себя и свиту подаяниями доброхотов. Чтобы не умереть с голоду, миссия добывала себе пропитание рыболовством или нанималась на работы к местным хозяевам и тем кормилась. Поношенное платье владыка чинил себе сам. Утешение находил в молитвах и богослужениях, которые совершал в старом селенгинском соборе.

“Где мне главу преклонити и прочее жития моего время окончати Святейший Правительственный Синод заблагорассудит? — писал он в Синод. — Прошу покорно о милостивом указе, что мне делать: сидеть ли в Селенгинске и ждать того, чего не ведаю, или возвратиться назад... понеже и лисы язвины имут на починок, я же по сие время не имам, где главы приклонити. Скитаюсь бо со двора на двор и и из дому в дом переходящи”.

Кое-как пристроился владыка со свитой жить на даче Троицкого Селенгинского монастыря. А чтобы не даром есть монастырский хлеб, он и его диакон писали для храма иконы.

Не без Промысла Божия отказали китайцы во въезде владыке. Вынужденное его “сидение” в Селенгинске оказалось весьма важным для проповеди Слова Божия среди местных монгольских племен. Используя свое архиерейское право рукополагать в священный сан, святитель тем самым восполнял недостаток духовенства за Байкалом и избавлял ставленников от далекой поездки для принятия сана в столицу Сибири — Тобольск.

Лишь в марте 1725 года получил владыка Иннокентий повеление переселиться в Иркутский Вознесенский монастырь и оставаться там впредь до новых предписаний. Управлял монастырем в отсутствие архимандрита Антония Платковского игумен Пахомий. Он отвел высокому гостю и его свите помещение на восточной стороне обители, на берегу Ангары. Здесь же, на монастырских землях, им выделили участки под огород, и таким образом жизнь обрела некую стабильность, особенно летом, когда нужно было заниматься огородничеством. Узнав о жительстве в монастыре епископа, в поисках духовного утешения к нему стали стекаться люди. Особенно стремились к владыке дети и инородцы.

В тот же год скончался император Петр I. Вдова и наследница престола Екатерина I назначила чрезвычайным послом в Китай графа Савву Владиславовича Рагузинского и обязала его взять с собой в Пекин епископа Иннокентия, если, конечно, китайцы согласятся.

В Иркутск Рагузинский прибыл 5 апреля 1726 года. Встретившись с владыкой, он предложил ему возвратиться в Селенгинск и там ждать его, а сам задержался в Иркутске для необходимых дорожных приготовлений. В это время в Иркутск из Москвы вернулся архимандрит Антоний Платковский, ранее уже бывавший в Пекине с послом Измайловым. Очень ему хотелось быть начальником тамошней миссии, и он постарался расположить к себе графа Рагузинского. Всю ловкость, хитрость, услужливость и хлебосольство, даже наветы и хулу на епископа Иннокентия, постарался употребить архимандрит Антоний. Следствием этих маневров архимандрита было письмо посла Рагузинского в Петербург, в котором говорилось, что он не надеется на то, что китайцы примут владыку, а потому находит способным к должности начальника миссии архимандрита Антония Платковского. Письмо было отравлено с нарочным в Петербург и там принято без проверки. В марте следующего года святитель Иннокентий получил новый указ — опять переселиться в Вознесенский монастырь. Начальником миссии в Пекине был назначен архимандрит Антоний Платковский.

Только владыка успел устроиться в Вознесенском монастыре, как из Петербурга пришло новое высочайшее повеление: быть ему самостоятельным епископом Иркутским и Нерченским. Этим решением была образована новая кафедра, и с преосвященного Иннокентия началось самостоятельное столование иркутских епископов.

Водворившись на новом месте, владыка Иннокентий столкнулся с теми же проблемами, что и в Селенгинске. По-прежнему не на что было жить, все так же не было крыши над головой. Консистория отказалась платить ему жалование на том основании, что назначено оно было якобы для проживания в Китае, а не в Иркутске. В то время Иркутск еще не разросся до пределов Вознесенского монастыря, и владыке приходилось часто путешествовать по плохой дороге в город и обратно. Будучи не очень здоровым человеком и тяжело перенося переезды, он просил граждан Иркутска дать ему на время помещение. Не нашлось среди иркутян того, кто бы принял в свой дом будущего молитвенника и заступника пред престолом Божиим за всю иркутскую паству. Наконец в 1828 году провинциальная канцелярия сжалилась над владыкой и отвела ему дом боярского сына Димитрия Елезова. Теперь на этом месте в память жительства здесь святителя воздвигнута каменная часовня.

Немногим более четырех лет окормлял он иркутскую паству, но и это короткое по человеческим меркам время употребил он с великой пользой для спасения. Как было уже сказано, владыка Иннокентий не отличался крепостью здоровья, особенно страдал головными болями, но подвигов своих, ни молитвенного, ни смирения плоти, не оставлял. На теле он носил власяницу, поверх которой всегда был подрясник из шкуры лося и кожаный с железной пряжкой пояс. Молиться святитель любил в пещере за монастырской оградой, которую выкопал основатель Вознесенской обители старец Герасим. Еще был у святителя обычай обходить по ночам Вознесенский храм и молиться на него с четырех сторон.

Очень любил владыка делать что-либо своими руками. Днем помогал тянуть сети тем, кто был на рыболовном послушании, а по ночам шил для учеников обувь (чарки). Своими руками посадил в монастыре два кедра.

Пастырь добрый не только руками трудился, но и на мгновение не оставлял главного дела — проповеди Слова Божия. Язычников, во множестве проживавших вокруг Иркутска, он обращал к святой Церкви не только семьями, но и целыми стойбищами. Так, из новокрещенных бурят образовалось целое поселение Ясачное.

Физические немощи не могли остановить его неиссякаемой любви к Богу, которой он спешил поделиться со всеми. Следование за Христом было для него не просто призывом, но смыслом жизни. Этим принципом руководствовался он в каждом деле. Шил ли чарки, учил ли бурят, возводил ли храм, он всегда перед собой имел образ Спасителя нашего Иисуса Христа.

Надлежало ему по должности творить суд, и никогда не перекладывал он на других это неприятное дело. Всегда решал сам, входил во все обстоятельства дела, быстро принимал решения, покрывая любовью строгую правду закона.

При всех неблагоприятных условиях сообщения с городом в его правление почти полностью закончилось строительство кафедрального Богоявленского собора. При Вознесенском монастыре еще архимандритом Платковским была устроена монгольская школа. Святитель Иннокентий не только поддержал это полезное для края начинание, но открыл еще славяно-русскую школу для всех сословий.

Первый Иркутский епископ исходатайствовал из государевой казны содержание для своих преемников и средства на сооружение архиерейского дома. Им же были определены границы епархии.

От трудов праведных любил владыка отдохнуть в небольшом селении Малая Еланка, в пятнадцати верстах от Вознесенской обители. Здесь жили направленные из монастыря на полевые работы послушники, монахи и крестьяне. Помогая в будние дни “труждающимся и обремененным”, он следил за тем, чтобы воскресные и праздничные дни никакие заботы не отвлекали бы их от службы Божией. В самой Малой Еланке была организована часовня и, владыка не раз предсказывал, что со временем на месте ее будет возведен храм. Пророчество это исполнилось в конце XIX века. При жизни владыка не раз еще поражал современников своей духовной прозорливостью.

Как-то на день Кирилла, патриарха Александрийского (9 июня), жители селения Фекского просили владыку отслужить у них Божественную литургию. “Хорошо, — ответил владыка, — отслужим. Но только вперед съездим по лету, а назад по зиме”. В тот момент селяне не поняли смысла его слов, но на следующий после литургии день выпал такой снег, что владыке пришлось возвращаться в санях.

Был и другой удивительный случай, утвердивший всех в том, что владыка был подлинно сосудом избранным, исполненным Духа Свята. Однажды, при совершении крестного хода вокруг города, начался ливень и все промокли до нитки. И только святительских одежд не коснулась ни одна капля!

Такие проявления на нем Божией благодати стяжали ему еще при жизни любовь и уважение паствы, а по кончине стали основанием к благоговейному почитанию его памяти.

Очень любил святитель Иннокентий служить Божественную литургию. До последних дней своей жизни старался он не упускать возможности здесь, на земле, соединиться со Христом. В последний раз совершал он Божественную литургию в день Покрова Пресвятой Богородицы и затем в воскресный день 3 октября. После этого немощи человеческие приковали владыку к одру. Болезнь то усиливалась, то отпускала. В минуты ухудшения здоровья владыка созывал братию, благодарил служивших ему за любовь и попечение, раздавал на память кое-что из своих вещей, а тем, кому подарков не хватило, обещал при первом укреплении сил обязательно вознаградить. Очень скорбел владыка, что оставляет Вознесенский храм в неисправном состоянии и не раз высказывался, что если бы положили ему жалованье, то первую тысячу рублей употребил бы на построение каменной церкви.

Жалованья при жизни он так и не дождался. Решение о начислении ему содержания и удовлетворения некоторых его нужд пришло тогда, когда он уже ни в чем земном не нуждался.

В четверг 25 ноября страдания святителя стали чрезвычайными. Братию и всех городских священников он просил молиться о себе и отслужить после литургии параклис. В субботу 27 ноября 1731 году в седьмом часу утра Господь навеки упокоил святителя. Монастырский колокол возвестил о его кончине, последовавшей в присутствии его духовника иеромонаха Корнилия (Бобровникова), братии и келейников. Почившего облекли в его власяницу, поверх которой надели китайского шелка подрясник и шелковую мантию. Голову владыки покрыли клобуком, в котором он ходил при жизни.

О кончине владыки было доложено вице-губернатору Жолобову. Вице-губернатор, непомерно корыстный и алчный человек, решил воспользоваться случаем и отобрал не только все имущество владыки, но и часть монастырского достояния. Обобрав таким образом обитель, он лишил братию не только возможности похоронить святителя Иннокентия, но даже и литургию невозможно было совершать за неимением вина. И только после настойчивой просьбы Жолобов выделил на погребение святителя триста рублей, запретив при этом впредь обращаться к нему.

Погребение святителя было совершено 5 декабря. Гроб из соснового дерева был обит черным бархатом. Пречистое тело владыки водворили в каменном склепе под алтарем деревянной церкви в честь Тихвинской иконы Божией Матери, возведенной в 1688 году старцем Исаией.

Вскоре после кончины святителя Господь явил суд над обидчиками владыки. Архимандрит Антоний (Платковский), до последней степени обесчещенный в Пекине иноверцем Лангом, который публично и жестоко избил его, в узах был провезен мимо Вознесенской обители в Петербург. Там ожидало несчастного лишение сана и заточение. Вице-губернатору Жолобову по приговору уголовного суда в Петербурге была отрублена голов Оба эти события поразили промыслительностью всех, даже самых закоснелых в неверии.

Но если часть маловеров еще нуждалась во внешних убеждениях, верная паства хранила сердечное чаяние, что Господь не даст “преподобному своему видети истления”. Через тридцать три года после кончины святителя во время ремонта Тихвинской церкви было обнаружено, что тело его, одеяние и даже бархат на гробе не тронуло тление, хотя само место погребения было сырым и затхлым.

Еще через два года настоятель Вознесенского монастыря архимандрит Синесий, будущий светильник Сибирской Церкви, прославленный Господом в 1984 году, в день храмового праздника Вознесения Господня стал свидетелем следующего чуда. За трапезой после Божественной литургии присутствовал губернатор немец Фрауендорф. О нетленных останках святителя он был достаточно наслышан и очень хотел посмотреть их. Сколько ни отклонял это желание иноверца присутствовавший на праздник епископ Софроний, также будущий угодник Божий, изменить решение губернатора не удалось. Владыка Софроний, преподобный Синесий и Фрауендорф подошли к могильному склепу святителя, но ... не смогли увидеть гроба — он был покрыт густым непроницаемым слоем снега. После отъезда губернатора даже следов снега не могли обнаружить.

Спустя семнадцать лет после этого чуда, после многочисленных заявлений частных лиц, переживших молитвенное заступничество святителя Иннокентия после молитвы у честных его останков, было еще одно удостоверение, что мощи святителя находятся под особым покровом Божиим.

11 июня 1783 года при сильном ветре загорелась Вознесенская обитель. Весь Иркутск от мала до велика прибежал на пожар, но погасить его не представлялось возможным. Пламя охватило все каменные строения обители и, конечно, деревянную Тихвинскую церковь, под которой почивали мощи святителя. Надежды на спасение нетленных мощей угодника Божия не оставалось никаких. Тогда горожане обратились к прибывшему на пожар преемнику владыки Софрония, преосвященному Михаилу (Миткевичу), с просьбой попытаться достать мощи из огня. “Ежели покойный Иннокентий угодил Богу, — ответил тот, — то ради его нетленных мощей Всемогущий Господь спасет и церковь.” В ту же минуту огонь потерял силу над осененной благодатью церковью. Милостью Божией она простояла до начала XX века среди каменных, вновь отстроенных стен и зданий монастыря, в непререкаемое свидетельство свершившегося над ней чуда. В летописи Иркутска свидетели пожара записали: “В неделю Всех Святых (11 июня) 1783 года, по полудни часу в четвертом, монастырь Вознесенский сгорел, а именно кельи все, три церкви — две каменные снаружи и внутри без остатку; при том два колокола разбились, а другие испортились. Велик страх был! К тому была превеликая погода. А святые образа и что было в церквах: книги, ризы и прочее, ограда вся и два кедра архиерейские сгорели без остатку. Осталась одна деревянная церковь Тихвинской Богородицы, где архиерей погребен”.

Чудеса от мощей святителя множились. Вера в его заступничество перед Господом передавалась из рода в род. Многие служили панихиды у него на могиле и получали просимое! Слава о новом заступнике множилась среди православных. Угодник Божий не отвергал молитв почитателей ни в Туле, ни в Якутске, ни в Петербурге. Отовсюду епархиальному начальству слались письменные свидетельства о его заступничестве. В последних числах сентября 1800 года преосвященному Вениамину, епископу Иркутскому, пришло письмо за подписью 389 человек с изложением просьбы об открытии честных и нетленных мощей святителя для всенародного чествования. Последнее требование привело владыку Вениамина в некоторое недоумение, разрешение которому помогло секретное инспектирование Иркутского края. По высочайшему повелению здесь находились сенаторы Ржевский и Левашов, которые также направили владыке Вениамину письмо. “Как самовидцы, — писали сенаторы, — не только нетленности тела сего, как сами обонявшие благоухание, как личные свидетели повествований о его многоразличных чудес поставляем себе долгом иметь от Вашего преосвященства, десять лет управляющего епархиею, все сведения о нетленном чудотворце для доклада по нашей обязанности Государю Императору”.

Преосвященный передал сенаторам письмо для государя и приложил к нему выписку о случаях чудотворений от мощей святителя, числом более ста. Государь потребовал от Синода рассмотрения дела, и уже по распоряжению Синода в Иркутск прибыл Казанский викарный архиерей Иустин. Владыка Иустин лично освидетельствовал мощи святителя, расспросил под присягой некоторых свидетелей чудотворений и вместе с епископом Вениамином 5 марта 1801 года докладывал Синоду. Доклад это содержал подробное описание освидетельствования мощей, проведенное для большей достоверности в присутствии светских лиц — губернатора Алексея Ивановича Толстого с чиновниками, городского головы купца Петра Авдеева со многими почетными гражданами. Все участники освидетельствования подтвердили действительную сохранность останков святителя. Гроб и облачение святителя были также в совершенном нетлении. Это более чем через семьдесят лет после погребения!

Донесение епископов Вениамина и Иустина ввело Святейший Синод в глубокую задумчивость. Спустя два года Синод направил владыке Вениамину запрос о том, не наблюдаются ли изменения в теле святителя Иннокентия и не было ли за это время достопамятных событий.

Преосвященный Вениамин отвечал, что перемен в состоянии мощей по-прежнему не наблюдается, всенародное почитание святейшего продолжается и ширится, что сам он, епископ Вениамин, “убежден совестью признавать ходатайство святого Иннокентия у милосердия Божия уважаемым”. Но и это письмо не возымело действия. Синод безмолвствовал еще год. Наконец к первенствующему члену Синода митрополиту Амвросию и к обер-прокурору Голицыну было направлено представление от генерал-губернатора Сибири Селифонтова, в котором он, лично свидетельствуя нетленность мощей святителя, выразил свое и всей Сибири настояние об открытии нетленных мощей.

Дальше тянуть было невозможно, и в первый день декабря 1804 года Святейший Синод с Высочайшего соизволения объявил: тело первого епископа Иркутского Иннокентия огласить за совершенно святые мощи и с подобающим благоговением Иркутскому епископу Вениамину с прочим духовенством поставить в церкви Иркутского Вознесенского монастыря наверху, либо в другом достойном месте, с установлением празднования ему 26 ноября, на день памяти преставления сего святителя. Впредь отправлять всенощные бдения и молебные пения святителю и в церковные книги внести необходимые дополнения: “Ноября 26 числа память преставления Святителя Иннокентия, первого епископа Иркутского, Чудотворца”.

Вожделенное известие об открытии мощей святителя Иннокентия в Иркутске было получено 19 января 1805 года. В ближайшее же воскресение, буквально через два дня, всенародно был отслужен благодарственный молебен Господу Богу. После этого началось приготовление к чрезвычайному торжеству.

2 февраля, на Сретение Господне, преосвященный Вениамин принял святые мощи из склепа, поставил их посреди Тихвинской церкви и отслужил перед ними Божественную литургию. Через неделю, 9 февраля, мощи святителя при величайшем стечении народа торжественно, с крестным ходом и преднесением чудотворной иконы Казанской Божией Матери, были перенесены из Тихвинской церкви в соборную Вознесенскую.

Здесь мощи почивали пятьдесят пять лет, до времени, пока не потребовалось разбирать Вознесенскую церковь из-за ветхости. Двенадцать лет пролежали они в Успенском храме Вознесенского монастыря и 15 октября 1872 года были возвращены под своды вновь отстроенного на старом месте благолепного храма Вознесения Господня.

В память о первом перенесении мощей святителя ежегодно в Иркутске совершался крестный ход с иконой Казанской Божией Матери. Так было вплоть до 1920 года, времени жесточайших гонений на христиан.

С зимы 1920 года начались аресты насельников Вознесенской обители. Был арестован и подвергнут пыткам настоятель монастыря епископ Иркутский Зосима (Сидоровский). 1 февраля в монастыре арестовали видных иерархов Сибири, приехавших на поклонение мощам святителя Иннокентия: епископа Барнаульского Гавриила (Воеводина, † 1938), епископа Петропавловск (Красноперова, † 1921), епископа Березовского Иринарха (Синеокова-Андреевского, † 1933).

В 1921 году власти совершили акт святотатства: мощи святителя Иннокентия были вскрыты для “медицинского освидетельствования”. Новый настоятель монастыря, епископ Киренский Борис (Шипучин, † 1937), обращаясь к духовенству и прихожанам, писал: “Вчера, 11 января, мощи святителя Иннокентия были вскрыты. Облачение и одежда сняты, нетленное тело обнажено и оставлено в храме открытым. Церковь заперта. Богослужения прекращены. Монастырь охраняется красноармейцами”. Позднее, под усиленной охраной, мощи были увезены в неизвестном направлении...

Осиротела иркутская паства. Вместе со всей Русской Православной Церковью рыдала она над своими грехами, смиренно принимая Божие попущение.

Долго мощи святителя почитались безвозвратно утерянными, но только Господь “не до конца прогневается, не век враждует”. В 1990 году в одном из подсобных помещений ярославской церкви Николы Надеина были обнаружены неизвестные мощи. С помощью их идентификации на кафедре судебной медицины Ярославского мединститута была проведена экспертиза. Описание мощей, сделанное ярославскими медиками, полностью (!) совпало с данными акта, составленного в 1921 году в Иркутске. Мощи святителя Иннокентия, оставленные на семьдесят лет в сыром, не отапливаемом помещении, Господь хранил для явления нам чуда Своей милости.

И ныне, уповая на заступничество вновь явленного нам угодника Божия святителя Иннокентия, мы обращаемся к нему с молитвами.

Акафист >>


(память 9 февраля по старому стилю)

Жизнь св. Никифора научает нас всегда любить своих врагов, памятуя заповедь Спасителя. Св. Никифор, живя в Антиохии, однажды поссорился со своим прежним другом священником Саприкием. Последний, как ни умолял его Никифор, не хотел прекратить ссоры. Даже идя на казнь, назначенную ему, как христианину, Саприкий остался непреклонен. Но тут-то и обнаружилось его лицемерие: он отрекся от Христа; Никифор же, как христианин, был обезглавлен (260 г.); он радуясь отошел к Господу.


(память 9 февраля и 30 октября по старому стилю)

Ученик св. апостола Петра. Он своими чудесами и знамениями обратил ко Христу многих язычников г. Сиракуз (в Сицилии); скончался мученически, убитый за Христа сиракузскими иудеями (II век).


(память 9 февраля по старому стилю)

Был учеником св. апостола Петра и им же был поставлен во епископа Кипрского, где ревностно проповедовал Христа и претерпел за это множество мучений до конца дней своих.


(память 9 июля и 9 февраля по старому стилю)

Родом из Антиохии. Когда он увидел Иисуса Христа, сотворенные Им чудеса, которые потрясли его, услышал Божественное учение, то уверовал в Него как Сына Божия. Панкратий сблизился с учениками Господа, особенно со святым апостолом Петром. После вознесения Спасителя один из апостолов пришел в Антиохию и крестил родителей Панкратия и весь дом их.

По смерти родителей Панкратий ушел в Понтийские горы и стал жить в пещере, проводя дни в молитве и глубоком духовном размышлении. Св. апостол Петр, однажды проходя по тем местам, встретил Панкратия в Понте, взял его с собой в Антиохию, а затем в Киликию, где находился св. апостол Павел. Там святые апостолы Петр и Павел рукоположили Панкратия во епископа сицилийского города Тавромении.

Святитель Панкратий усердно трудился над христианским просвещением народа, совершая многие чудеса. В течение одного месяца он построил храм, где совершал богослужения. Число верующих быстро росло, и вскоре почти все жители Тавромении и окрестных городов приняли христианскую веру. Язычники, возненавидевшие кроткого пастыря за его проповедь о Христе, внезапно напали на Него и побили камнями. Мощи святителя находились в храме его имени в Риме.


(память 9 февраля по старому стилю)

И первый, и второй были учениками известного отшельника преподобного Александра Свирского. Важеозерскими они называются потому, что положили начало пустынной жизни в Важеозере.

Преподобный Геннадий был сыном богатых родителей. Раздав, по заповеди Спасителя, имение свое нищим, он отправился к преподобному Александру Свирскому. Преподобный Александр, хотя и не хотел принимать к себе Геннадия, но должен был уступить его неотступным мольбам. Пожив некоторое время в обители преподобного, Геннадий решил найти для себя совершенно уединенное место.

Таким местом им было избрано Важеозеро. Здесь он и подвизался до самой своей кончины — 8 января около 1516 года. В то время, как преподобный Геннадий вел строго-уединенную жизнь, преподобный Никифор, наоборот, являлся сторонником общежительного устава. Он пришел к преподобному Александру, уже будучи иноком. Под руководством преподобного Никифор прожил около 7 лет. Между прочим он увиделся, по совету своего аввы, с преподобным Кириллом Новоезерским и 8 дней пробыл у него, наслаждаясь его духовными беседами. Затем, по совету опять-таки своего учителя, преподобный Никифор ходил в Киев на поклонение к Печерским угодникам Божиим.

Возвратившись из этого благочестивого путешествия, Никифор поселился в Важеозере и здесь на месте подвигов преподобного Геннадия в 12 верстах от Свирского монастыря, основал один из нескольких явившихся к нему иноков общежитие — Задненикифоровскую пустынь. Скончался преподобный Никифор 9 февраля 1557 года.


(память 28 августа и 9 февраля по старому стилю, во 2-ю Неделю Великого поста)

Жил в XIII веке, подвизался в Киево-Печерском монастыре в сане иеромонаха. Прославился в подвигах поста, а также чудотворениями, исцелениями болящих. Был погребен в Дальних (Феодосиевых) пещерах.

Тропарь преподобному Панкратию Печерскому, в Дальних пещерах

Тропарь, глас 2

Панкратие Богомудре, священниче Господень изрядне, и чудес многих самодетелю, молися Господеви, во еже спасти души наша.


[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11]